«Я жив, покуда я верю в чудо»: 5 ключей к песням группы «Король и Шут»
image

«Я жив, покуда я верю в чудо»: 5 ключей к песням группы «Король и Шут»

Алексей Масалов

Творчество группы «Король и Шут» с самого ее основания вызывало споры: панки или говнари, хорошо поют или играют «под фанеру», пишут интересные тексты или кринжовые сказки для детей. Что было особенного в этой группе, что до сих пор не дает покоя фанат:кам и хейтер:кам, а современных поэт:ок заставляет писать стихотворения в духе текстов Горшка и Князя? Исследователь и критик Алексей Масалов по просьбе редакции «ХЛАМА» перебирает ключи к пониманию успеха песен «КиШа».

1. Хоррор-панк

Эмили Брайтман в статье «Краткая история хоррор-панка» определяет доминирующие черты этого поджанра как «бурлящий вихрь отсылок к научно-фантастическим фильмам категории B и мотивов ужасов» [1], использующий и классическое звучание панк-рока, и элементы блюза, рокабилли и т. п. Родоначальником хоррор-панка считается группа Misfits и особенно ее альбомы American Psycho (1997) и Famous Monsters (1999), на которых звучат ключевые бэнгеры Scream!, Dig Up Her Bones и одноименный с третьим студийным альбомом хит American Psycho. Первая и третья песни еще и отсылают к ставшему классикой фильму «Крик» (планировались как саундтрек к фильму «Крик-2» [2]) и книге «Американский психопат», экранизированной в 2000 году с Кристианом Бэйлом в главной роли.

«Король и Шут» обращается к хоррор-панку еще с первых альбомов («Внезапная голова», «Холодное тело»). В последствии работа с ужасом расширяется за счет образов маньяков («Лесник», «Воспоминания о былой любви», «Свой среди чужих»), ведьм и колдунов («Ведьма и осел», «Кукла колдуна»), вампиров («Защитник свиней», «Исповедь вампира», «Дочка вурдалака»), разнообразных проклятий и нечисти («Сапоги мертвеца», «Проклятый старых дом») и т. д. Так, в треке «Волосокрад» рассказывается история о проклятии, настигшем трактир на границе с лесом, — чёрте, который, вырывая волосы у жертвы, ворует годы жизни:

В зловещем тумане он жертву находит

Он тихо крадется у вас за спиной.

И глядя, как с вами беда происходит,

Он дико смеется и брызжет слюной! [3]

2. Переосмысление жанра баллады

Жанр рок-баллады давно уже стал каноном, однако классическая рок-баллада имеет мало общего с нарративным жанром поэзии, к которому и обращается группа «Король и Шут». Именно известные еще по школьной программе (нео)романтические баллады «Лесной царь» В. А. Жуковского по мотивам И. В. Гёте, перевод «Перчатки» Ф. Шиллера того же Жуковского и М. Ю. Лермонтова, «Вересковый мёд» Р. Л. Стивенсона и т. п. становятся литературной основой запоминающихся текстов. Исследователь современной культуры и поэзии Илья Кукулин отмечает реанимацию романтической баллады в поэзии 2000-х [4]. Так и для КиШа балладное повествование становится способом осмысления действительности как в треке «Невеста палача», где (нео)романтическая история потерянной любви обнажает социальную критику:

Правосудию я верил,

Но теперь в нём нет мне места!

Умерла моя подруга детства!

Палача невеста!

⠀⠀

От меня она скрывала

Свои жуткие мученья.

Толпа вокруг кричала,

Им хотелось развлеченья [5].

В балладе «Светлана» В. А. Жуковского, также входящей в школьную программу, ключевым является фольклорный элемент, когда, заимствуя сюжет «Леноры» Г. Бюргера, поэт обращается к отечественным традициям крещенских гаданий. Подобное можно увидеть и в песнях группы «Король и Шут», особенно ранних, где возникают именно фольклорные мотивы: «Помнят с горечью древляне», «Парень и леший», «Водяной». Сюда же можно отнести обыгрывание исторических образов в треках «Кузьма и барин», «Кузнец» и т. д. Обращение к фольклору, мифологии и истории, а также к соответствующему такой тематике звуку оказало значительное влияние на развитие отечественной фолк-сцены, например, тяжело представить существование группы «Мельница» без КиШа и его культовых альбомов «Акустический альбом» (1998) и «Жаль, нет ружья» (2002).

3. Анархо-индивидуализм

В спорах о принадлежности группы «Король и Шут» к панк-року стоит учесть и идеологическую составляющую одного из вокалистов и авторов песен — Горшка (Михаила Горшенёва). Внешний вид, публичное поведение и высказывания в интервью выдают в нём анархо-индивидуалиста, свободно цитирующего ключевых теоретиков анархизма М. А. Бакунина и П. А. Кропоткина.

Анархо-индивидуализм — это ветвь анархизма, в которой центральной идеей помимо общей для любого анархизма цели упразднения всяческих форм власти является приоритет интересов индивидуальной личности над интересами общества. Так, один из важнейших теоретиков анархо-индивидуализма XIX в. Бенджамин Такер считал: «если индивид имеет право управлять собою, то всякое внешнее правительство есть тирания» [6].

Как сцена, так и субкультура отечественного панка скорее тяготеют к анархо-индивидуализму, чем к анархо-коммунизму. Так и сценический образ и не слишком системные взгляды Горшка оборачиваются манифестацией интерпретацией в подобном ключе написанных им текстов песен («Мёртвый анархист», «Похороны панка», «A. M. T. V. (M. T. V)»). Например, в треке «Похороны панка» важнее оказывается индивидуальная свобода и смех, которые сохраняются даже перед лицом смерти:

Тяжелый гроб несли к могиле,

Крутого парня хоронили,

Смеялись и шутили

Над тупым его лицом.

⠀⠀

Хэй!!! Хэй!!!

Вся семья,

Братья и друзья

Парня провожали,

Плакали и ржали,

Водкой поливали,

В рожу целовали [7].

Неслучайным поэтому кажется обращение к ключевому для современного анархизма образу пиратов (см. работы Хакима Бея и Дэвида Гребера) в альбоме «Бунт на корабле» (2004), где романтический образ пиратов, известный еще с поэмы «Корсар» Дж. Г. Байрона и романов «Остров сокровищ» Р. Л. Стивенсона и «Одиссея капитана Блада» Рафаэля Сабатини, обрастает мотивами протеста (песня «Бунт на корабле!») и хоррор-панковской мистики («Хороший пират — мертвый пират»).

4. Неоромантический герой

Переплетение балладного повествования и анархо-индивидуалистского пафоса создает в песнях КиШа особого неоромантического героя. Марк Липовецкий считает, что в современном воплощении неоромантизма, как и в конце XIX в., когда это направление только появилось, автор тяготеет «к экстремальным ситуациям, интерпретируя их как возможность радикального освобождения от фальшивых и репрессивных конвенций, от всего “чужого”» и «декларирует свою свободу при полном понимании ее хрупкой иллюзорности» [8].

Так и в песнях группы «Король и Шут» хрупкая свобода в экстремальных ситуациях становится ключевым элементом сюжетосложения от трека «Некромант», в котором дар оборачивается проклятьем и одиночеством, до баллады «Фокусник», где иллюзия обмана разрушается только тем, что «подвохов нет» [9] и герой — настоящий колдун. Неоромантическая структура героя возникает в песнях разного эмоционального настроя: оптимистическая «Марионетки», лирическая «Прыгну со скалы», жуткая «Отражение». Исключением не становится бэнгер «Медведь», в котором история превращения медведя в человека, заимствованная из пьесы Е. Шварца «Обыкновенное чудо», переосмысляется и вместо истории любви из оригинала перед нами предстает трагедия поиска хрупкой свободы:

Я жив, покуда

Я верю в чудо,

Но должен буду

Я умереть.

Мне очень грустно,

Что в сердце пусто,

Все мои чувства

Забрал медведь.

Моя судьба

Мне не подвластна,

Любовь моя,

Как смерть, опасна.

Я был медведем —

Проблем не знал.

Зачем людских

Кровей я стал?

Забрали чары

Души покой.

Возник вопрос —

Кто я такой? [10]

5. Образ Шута

Синтезом хоррор-панка, балладной традиции, анархо-индивидуализма и неоромантического героя и можно считать центральный образ группы — образ Шута (да-да, именно с большой буквы!). Чисто исторически за этим персонажем закрепился смысл единственного способного противостоять королю, высмеивать знать и сохранять индивидуальную свободу. Эти мотивы только усиливаются панковской эстетикой КиШа: демонические («Джокер», «Тень клоуна») и бунтующие («Гимн Шута», песня «Король и Шут») шуты остаются в творчестве группы вплоть до конца творческого пути, и даже альбом «Театр демона» (2010) был анонсирован синглом «Танец злобного гения», в котором изображается именно Шут и никто иной:

Проныра, озорник,

Любитель книг,

Ловкач, игрок,

Жизнь между строк.

И потому

Открыт ему

Незримый путь

В любую суть [11]

Шут в творчестве группы отвечает и за театральность, мотивы игры и смеха от «Гимна шута» («Судьба, в которую влюблен, / Дает мне право / Смеяться даже над королем!» [12]) до «Марионеток» («Угрозы, насмешки, / Короны примеряют пешки, / На лицах отметки, / Что все они марионетки» [13]) до «Театрального демона» («Повелитель кукол жив, / Корни пустив, В магическом искусства алтаре, / Рад всему вполне» [14]). Сюда же можно отнести и рок-н-ролльное звучание трека «Продавец кошмаров» («Прохожих изучаю, / Импровизирую, играю, / И в их одобрении я не нуждаюсь! / Во мраке их пугаю / И опыт получаю. / Всё по-театральному сделать стараюсь» [15]). 

Именно поэтому главным завещанием и наследием группы «Король и Шут», в песнях которой индивидуальная свобода остается вопреки ужасам мира и радость возможна даже среди кошмаров, и по сей день остается «Смешной совет»:

Столетний шут

Схватил за плечи внука:

«Запомни, плут,

Что жизнь смешная штука!

Когда тебя беда

В потоке дней найдет,

Засмейся ты тогда —

И все пройдет!»

Шут умирал,

Пытаясь улыбаться,

Все повторял:

«Учись, малыш, смеяться!.. [16]»

Примечания

[1] Brightman E. For Scary Kids Only: A Brief History of Horror Punk // Massachusetts Daily Collegian. 31.10.2013. URL: https://dailycollegian.com/2013/10/for-scary-kids-only-a-brief-history-of-horror-punk/ (дата обращения: 20.07.2025). 

[2] Song And Name Information // Misfits Central. URL: https://www.misfitscentral.com/misfits95/songname.php (дата обращения: 20.07.2025). 

[3] Волосокрад // Официальный сайт группы «Король и Шут». URL: https://www.korol-i-shut.ru/popup/lyrics/150/ (дата обращения: 20.07.2025). 

[4] Кукулин И. От Сваровского к Жуковскому и обратно: О том, как метод исследования конструирует литературный канон // Новое литературное обозрение. 2008. № 1 (89) // Журнальный зал. URL: https://magazines.gorky.media/nlo/2008/1/ot-svarovskogo-k-zhukovskomu-i-obratno-o-tom-kak-metod-issledovaniya-konstruiruet-literaturnyj-kanon.html (дата обращения: 20.07.2025).

[5] Невеста палача // Официальный сайт группы «Король и Шут». URL: https://www.korol-i-shut.ru/popup/lyrics/609/ (дата обращения: 20.07.2025).

[6] Такер Б. Свобода, равная для всех // Библиотека анархизма. 11.06.2014. URL: https://ru.anarchistlibraries.net/library/bendjamin-takker-svoboda-ravnaya-dlya-vseh (дата обращения: 20.07.2025).

[7] Похороны панка // Официальный сайт группы «Король и Шут». URL: https://www.korol-i-shut.ru/popup/lyrics/217/ (дата обращения: 20.07.2025). 

[8] Липовецкий М. «Свет состоит из тьмы и зависит только от нас»: Сергей Жадан и неоромантизм // Воздух. 2017. № 1. URL: http://www.litkarta.ru/projects/vozdukh/issues/2017-1/lipovetsky/ (дата обращения: 20.07.2025).

[9] Фокусник // Официальный сайт группы «Король и Шут». URL: https://www.korol-i-shut.ru/popup/lyrics/1669/ (дата обращения: 20.07.2025).

[10] Медведь // Официальный сайт группы «Король и Шут». URL: https://www.korol-i-shut.ru/popup/lyrics/199/ (дата обращения: 20.07.2025).

[11] Танец злобного гения // Официальный сайт группы «Король и Шут». URL: https://www.korol-i-shut.ru/popup/lyrics/1670/ (дата обращения: 20.07.2025).

[12] Гимн Шута // Официальный сайт группы «Король и Шут». URL: https://www.korol-i-shut.ru/popup/lyrics/202/ (дата обращения: 20.07.2025).

[13] Марионетки // Официальный сайт группы «Король и Шут». URL: https://www.korol-i-shut.ru/popup/lyrics/31/ (дата обращения: 20.07.2025).

[14] Театральный демон // Официальный сайт группы «Король и Шут». URL: https://www.korol-i-shut.ru/popup/lyrics/1667/ (дата обращения: 20.07.2025).

[15] Продавец кошмаров // Официальный сайт группы «Король и Шут». URL: https://www.korol-i-shut.ru/popup/lyrics/89/ (дата обращения: 20.07.2025).

[16] Смешной совет // Официальный сайт группы «Король и Шут». URL: https://www.korol-i-shut.ru/popup/lyrics/152/ (дата обращения: 20.07.2025).

image

Родился в Орле, с 2019 г. живет и работает в Москве. Филолог, критик, куратор, кандидат филологических наук, доцент кафедры теоретической и исторической поэтики РГГУ, соредактор книжной хроники журнала «Воздух», соредактор журнала «Химеры». Публикации в академических периодических изданиях, в журналах «Артикуляция», «Цирк «Олимп»+TV», «Лиterraтура», «TextOnly», «Новое литературное обозрение», «Знамя», «Волга», POETICA, «ХЛАМ», «Неприкосновенный запас» и др.

Читайте также